Джигитян и армянский террор против мусульман

2017/11/Bakuroad_1511344439.jpg
Прочитано: 4123     18:21     22 НОЯБРЯ 2017    
После Февральской революции и последовавшего за ней Октябрьского переворота на просторах бывшей Российской империи развернулись не только ожесточенные бои между непримиримыми противниками. Неоднократно имели случаи простого сведения счетов и использования той или иной группировки в целях личного обогащения. Подобные нелицеприятные явления имели место и на, казалось бы, до этого политически не воинственных регионах – Северном Кавказе и Закавказье. Некоторые моменты были связаны с именем военачальника, как большевистского, так и белого движения Лазарем Бичераховым.

В советской литературе трактовка терминa «бичераховщины» сло-жилась еще в историогpафии 1930¬x г.г. и с тех пор не претерпела серьезных изменений, - указывает исследователь белого движения А.Ю. Безугольный («Генерал Бичерахов и eгo Кавказская армия. Неизвестные страницы истории гражданской войны и интервенции на Кавказе. 1917¬ – 1919». ¬ М.: ЗАО Издательство Центрполиграф, 2011). В понятие «бичераховщины» входило: Лазарь Бичерахов – офицер царской армии, перешедший на службу Бакинской коммуне, а затем предавший ее и в дальнейшем душивший революцию на Северном Кавказе. Но в советской историографии практически не трактовался и даже не упоминался тот факт, что на момент падения коммуны 60 – 70% из числа 15-20 тысячной армии Бичерахова составляли этнические соединения – армянские батальоны.



К лету 1918 года пути Гражданской войны свели Бичерахова, до этого воевавшего в союзе с англичанами в Иране, с большевиками в лице Бакинской коммуны во главе со Степаном Шаумяном – организатором и вдохновителем наряду с дашнаками резни азербайджанцев. В армии Бичерахова появляется ставленник Шаумяна, до этого нигде не известный Джигитян, в дальнейшем – начальник контрразведки Бичерахова и руководитель террора в Дагестане.

Представитель Баксовета в Астрахани С.М. Тер-Габриелян так характеризовал революционную деятельность Шаумяна и его дашнакских подельников: «Ни от одного русского, которые сейчас массами выезжают из Баку, независимо от их социального положения, не услышишь о советской борьбе в Баку, все в один голос говорят – в Баку идет армяно¬татарская резня, и что эта резня создана армянами».
После поражения от турецких войск армии Баксовета, в своем составе к тому моменту имевшей около 80 – 95% армян, большевики во главе с Шаумяном занялись поиском талантливого командующего, который смог бы остановить наступление войск Нури-паши на Баку.

Шаумян, до этого через руководителей Энзелийского ревкома имевший деловые связи с Бичераховым, предложил тому пост главнокомандующего. До этого, щедро умасленный царским золотом Бичерахов склонялся к союзу с большевиками и дашнаками и даже писал своему эмиссару Альхави: «По моему малому разумению, без помощи извне погибнет и армянское дело, и советская власть, и русская ориентация в Баку».

В первых числах июля отряд Бичерахова высадился южнее Баку и занял правый фланг обороны.



Ценный документ для характеристики армянских отрядов представляют письма Бичерахова. В своем письме к брату меньшевику Георгию он пишет: «До моего прихода, говорят, было около 6000 человек, но при появлении регулярных турецких войск они все разбежались. Сейчас имеется красноармейцев около 2000, но все это сидит в вагонах и при малейшем появлении противника бежит».

В самом конце июля произошел инцидент, характеризующий армянских вояк. Тридцать сотен армянских солдат отказались выйти на позиции, мотивируя трусость отсутствием экипировки. В то время очевидцы откровенно рассказывали, как все городские рестораны были забиты пьяными армянами в военной форме.

К 28 июля отряд Бичерахова оказался в полном одиночестве – доблестные мечтатели о «Великой Армении» просто разбежались. Бичерахов вывел свой отряд в Дербент. «Я отказался от командования армией дезертиров и трусов», - пишет он в письме брату. Хотя справедливости ради нужно отметить, что Бичерахов не собирался покидать Баку, но был вынужден это сделать, поскольку большевики и дашнаки планировали выдать отряд Бичерахова Нури-паше в обмен на перемирие, как отмечает в своих мемуарах генерал Дестервиль.



1 августа в Баку власть захватила Диктатура Центрокаспия, которая сразу же сделала Бичерахова главнокомандующим. Но тот в то время осаждал Дербент и Петровск, находившиеся в руках большевиков.

После ухода Бичерахова из-под Баку к его отряду, опасаясь расправы за творимые ранее зверства, присоединилось большое количество армян. Но уже в Дагестане во флот их не пустили – русские моряки считали армян паникерами. Но, тем не менее, процент армян в войске Бичерахова был достаточно велик. Так, некоторые сотни после боевых действий стали полностью состоять из армян – что неудивительно, казаки дрались, а не бегали от врага.

Оказавшись в Дагестане, бичераховцы были вовлечены в страшный террор Гражданской войны. Начальник контрразведки армии Бичерахова бывший дашнак, бывший представитель Энзелийского ревкома Н. Джигитян приказал своим землякам делать то, что в дальнейшем прикажет творить Гитлер с унтерменшами – советскими патриотами.

После взятия Дербента в расход были пущены городской глава с сыном и многими видными мусульманами города. Были расстреляны все большевики – участники обороны города. Трупы многих из них много дней не убирались и становились достоянием бродячих собак. Армянами из бичераховцев были расстреляны и 20 венгерских солдат, помогавших большевикам. Перед казнью их заставили самим рыть себе могилу. По воспоминаниям очевидцев, одному из них потом удалось выбраться из нее (видимо, напившись до скотского состояния, палачи не добили умирающих людей) и он по много раз приезжал на могилу своих боевых товарищей.

К чести Бичерахова нужно сказать, что никакого приказа о развертывании террора, тем более, национального, он не давал. Как говорится, инициатива исходила снизу. В одном из приказов он предупреждал: «Если так будет продолжаться, и казаки, и солдаты сами не примут меры к прекращению безобразия и не выгонят из своей среды позорящих отряд мерзавцев, я брошу отряд, так как не я хочу вести домой и заботиться о негодяях, которые прикрываются моим именем, скандалят, режут и грабят местное население». Но главного мерзавца - дашнака Джигитяна рядом с собой почему-то не замечал или уже не имел возможности заметить.

О самом Джигитяне мало что известно. Первые упоминания о нем относятся к Энзелийскому ревкому 1918 г., где он был доверенным лицом Степана Шаумяна. Председатель ЧК Бакинской коммуны С. Тер-Габриелян называет Джигитяна проходимцем, который втерся в доверие Советской власти и «был вхож в Совнарком».

В дагестанский период деятельности Бичерахова Джигитян, используя свое влияние на командира, попросту сводит счеты и с неугодными ему офицерами и жителями подвластных областей, присваивая их имущество и доводя до состояния умопомрачения.

17 ноября на рейде Баку появился отряд вооруженных кораблей союзнической эскадры под командованием генерала Томпсона. С этим конвоем прибыли и бичераховцы. В Баку начинается период двоевластия – с одной стороны АДР, с другой – Бичерахов и Кавказско-Каспийское правительство. Но уже вскоре английские военные силы признали единственно законным правительство Фатали-хана Хойского.

Новое правительство не имело достаточно сил для поддержания порядка. Привыкшие к полевым условиями бичераховцы часто устраивали пьяные дебоши. Дополнительным раздражающим фактором было и большое количество армян в их рядах.

Уже при высадке с кораблей армяне отличились не в лучшую сторону. По свидетельству очевидца высадки с английского корабля солдат Бичерахова, в городе сразу же раздались выстрелы. Оказалось – бесчинствуют армяне, угрожают оружием и грабят. Вечером опять началась ружейная и револьверная пальба, но быстро прекратилась. Оказалось – снова те же, только на этот раз просто спьяну. На следующий день был принят указ, воспрещающий армянам проникать в мусульманскую часть города с точным перечислением улиц.

Англичане вскоре добились отставки Бичерахова – им уже не нужен был этот осколок прошлой России, нефтяные богатства молодой АДР привлекали больше. И подав в отставку, Бичерахов в январе 1919 г. покинул Баку вместе с супругой и отправился в эмиграцию, где и скончался в 1952 г. в Ульме, Германия.

Что касается дашнака Н. Джигитяна, именем Бичерахова творившего бесчинства против азербайджанцев, дагестанских народов и собственных сподвижников, то он исчез как положено ночному мраку – бесследно.

Заур Мехдиев


Тэги: армяне   террор  


Лента новостей

Джигитян и армянский террор против мусульман

2017/11/Bakuroad_1511344439.jpg
Прочитано: 4124     18:21     22 НОЯБРЯ 2017    
После Февральской революции и последовавшего за ней Октябрьского переворота на просторах бывшей Российской империи развернулись не только ожесточенные бои между непримиримыми противниками. Неоднократно имели случаи простого сведения счетов и использования той или иной группировки в целях личного обогащения. Подобные нелицеприятные явления имели место и на, казалось бы, до этого политически не воинственных регионах – Северном Кавказе и Закавказье. Некоторые моменты были связаны с именем военачальника, как большевистского, так и белого движения Лазарем Бичераховым.

В советской литературе трактовка терминa «бичераховщины» сло-жилась еще в историогpафии 1930¬x г.г. и с тех пор не претерпела серьезных изменений, - указывает исследователь белого движения А.Ю. Безугольный («Генерал Бичерахов и eгo Кавказская армия. Неизвестные страницы истории гражданской войны и интервенции на Кавказе. 1917¬ – 1919». ¬ М.: ЗАО Издательство Центрполиграф, 2011). В понятие «бичераховщины» входило: Лазарь Бичерахов – офицер царской армии, перешедший на службу Бакинской коммуне, а затем предавший ее и в дальнейшем душивший революцию на Северном Кавказе. Но в советской историографии практически не трактовался и даже не упоминался тот факт, что на момент падения коммуны 60 – 70% из числа 15-20 тысячной армии Бичерахова составляли этнические соединения – армянские батальоны.



К лету 1918 года пути Гражданской войны свели Бичерахова, до этого воевавшего в союзе с англичанами в Иране, с большевиками в лице Бакинской коммуны во главе со Степаном Шаумяном – организатором и вдохновителем наряду с дашнаками резни азербайджанцев. В армии Бичерахова появляется ставленник Шаумяна, до этого нигде не известный Джигитян, в дальнейшем – начальник контрразведки Бичерахова и руководитель террора в Дагестане.

Представитель Баксовета в Астрахани С.М. Тер-Габриелян так характеризовал революционную деятельность Шаумяна и его дашнакских подельников: «Ни от одного русского, которые сейчас массами выезжают из Баку, независимо от их социального положения, не услышишь о советской борьбе в Баку, все в один голос говорят – в Баку идет армяно¬татарская резня, и что эта резня создана армянами».
После поражения от турецких войск армии Баксовета, в своем составе к тому моменту имевшей около 80 – 95% армян, большевики во главе с Шаумяном занялись поиском талантливого командующего, который смог бы остановить наступление войск Нури-паши на Баку.

Шаумян, до этого через руководителей Энзелийского ревкома имевший деловые связи с Бичераховым, предложил тому пост главнокомандующего. До этого, щедро умасленный царским золотом Бичерахов склонялся к союзу с большевиками и дашнаками и даже писал своему эмиссару Альхави: «По моему малому разумению, без помощи извне погибнет и армянское дело, и советская власть, и русская ориентация в Баку».

В первых числах июля отряд Бичерахова высадился южнее Баку и занял правый фланг обороны.



Ценный документ для характеристики армянских отрядов представляют письма Бичерахова. В своем письме к брату меньшевику Георгию он пишет: «До моего прихода, говорят, было около 6000 человек, но при появлении регулярных турецких войск они все разбежались. Сейчас имеется красноармейцев около 2000, но все это сидит в вагонах и при малейшем появлении противника бежит».

В самом конце июля произошел инцидент, характеризующий армянских вояк. Тридцать сотен армянских солдат отказались выйти на позиции, мотивируя трусость отсутствием экипировки. В то время очевидцы откровенно рассказывали, как все городские рестораны были забиты пьяными армянами в военной форме.

К 28 июля отряд Бичерахова оказался в полном одиночестве – доблестные мечтатели о «Великой Армении» просто разбежались. Бичерахов вывел свой отряд в Дербент. «Я отказался от командования армией дезертиров и трусов», - пишет он в письме брату. Хотя справедливости ради нужно отметить, что Бичерахов не собирался покидать Баку, но был вынужден это сделать, поскольку большевики и дашнаки планировали выдать отряд Бичерахова Нури-паше в обмен на перемирие, как отмечает в своих мемуарах генерал Дестервиль.



1 августа в Баку власть захватила Диктатура Центрокаспия, которая сразу же сделала Бичерахова главнокомандующим. Но тот в то время осаждал Дербент и Петровск, находившиеся в руках большевиков.

После ухода Бичерахова из-под Баку к его отряду, опасаясь расправы за творимые ранее зверства, присоединилось большое количество армян. Но уже в Дагестане во флот их не пустили – русские моряки считали армян паникерами. Но, тем не менее, процент армян в войске Бичерахова был достаточно велик. Так, некоторые сотни после боевых действий стали полностью состоять из армян – что неудивительно, казаки дрались, а не бегали от врага.

Оказавшись в Дагестане, бичераховцы были вовлечены в страшный террор Гражданской войны. Начальник контрразведки армии Бичерахова бывший дашнак, бывший представитель Энзелийского ревкома Н. Джигитян приказал своим землякам делать то, что в дальнейшем прикажет творить Гитлер с унтерменшами – советскими патриотами.

После взятия Дербента в расход были пущены городской глава с сыном и многими видными мусульманами города. Были расстреляны все большевики – участники обороны города. Трупы многих из них много дней не убирались и становились достоянием бродячих собак. Армянами из бичераховцев были расстреляны и 20 венгерских солдат, помогавших большевикам. Перед казнью их заставили самим рыть себе могилу. По воспоминаниям очевидцев, одному из них потом удалось выбраться из нее (видимо, напившись до скотского состояния, палачи не добили умирающих людей) и он по много раз приезжал на могилу своих боевых товарищей.

К чести Бичерахова нужно сказать, что никакого приказа о развертывании террора, тем более, национального, он не давал. Как говорится, инициатива исходила снизу. В одном из приказов он предупреждал: «Если так будет продолжаться, и казаки, и солдаты сами не примут меры к прекращению безобразия и не выгонят из своей среды позорящих отряд мерзавцев, я брошу отряд, так как не я хочу вести домой и заботиться о негодяях, которые прикрываются моим именем, скандалят, режут и грабят местное население». Но главного мерзавца - дашнака Джигитяна рядом с собой почему-то не замечал или уже не имел возможности заметить.

О самом Джигитяне мало что известно. Первые упоминания о нем относятся к Энзелийскому ревкому 1918 г., где он был доверенным лицом Степана Шаумяна. Председатель ЧК Бакинской коммуны С. Тер-Габриелян называет Джигитяна проходимцем, который втерся в доверие Советской власти и «был вхож в Совнарком».

В дагестанский период деятельности Бичерахова Джигитян, используя свое влияние на командира, попросту сводит счеты и с неугодными ему офицерами и жителями подвластных областей, присваивая их имущество и доводя до состояния умопомрачения.

17 ноября на рейде Баку появился отряд вооруженных кораблей союзнической эскадры под командованием генерала Томпсона. С этим конвоем прибыли и бичераховцы. В Баку начинается период двоевластия – с одной стороны АДР, с другой – Бичерахов и Кавказско-Каспийское правительство. Но уже вскоре английские военные силы признали единственно законным правительство Фатали-хана Хойского.

Новое правительство не имело достаточно сил для поддержания порядка. Привыкшие к полевым условиями бичераховцы часто устраивали пьяные дебоши. Дополнительным раздражающим фактором было и большое количество армян в их рядах.

Уже при высадке с кораблей армяне отличились не в лучшую сторону. По свидетельству очевидца высадки с английского корабля солдат Бичерахова, в городе сразу же раздались выстрелы. Оказалось – бесчинствуют армяне, угрожают оружием и грабят. Вечером опять началась ружейная и револьверная пальба, но быстро прекратилась. Оказалось – снова те же, только на этот раз просто спьяну. На следующий день был принят указ, воспрещающий армянам проникать в мусульманскую часть города с точным перечислением улиц.

Англичане вскоре добились отставки Бичерахова – им уже не нужен был этот осколок прошлой России, нефтяные богатства молодой АДР привлекали больше. И подав в отставку, Бичерахов в январе 1919 г. покинул Баку вместе с супругой и отправился в эмиграцию, где и скончался в 1952 г. в Ульме, Германия.

Что касается дашнака Н. Джигитяна, именем Бичерахова творившего бесчинства против азербайджанцев, дагестанских народов и собственных сподвижников, то он исчез как положено ночному мраку – бесследно.

Заур Мехдиев


Тэги: армяне   террор