«Осудить нельзя помиловать», или Чем Пашинян похож на Керенского - АНАЛИЗ

2018/05/238843173_1527243853.jpg
Прочитано: 5931     15:00     25 МАЯ 2018    
Вот уже более месяца, как Армения живет без опостылевшего как нам, так и армянам Сержа Саргсяна, пожалуй, одного из самых бездарных руководителей постсоветского пространства в новейшей истории. В его кабинете, на посту премьера (или, как говорят в Армении, «варчапета») уселся лидер апрельских ереванских площадей - Никол Пашинян, который ведет достаточно агрессивную кадровую политику. Он увольняет министров, замминистров, губернаторов.

Но практически с первых дней правления Никола в армянской прессе замаячил вопрос политзаключенных. Особенно остро стояла проблема боевиков группировки «Сасна Црер», которые захватили в июле 2016 года полицейскую часть. Мятежники взяли в заложники полицейских, а потом и врачей, а также, если верить официальному обвинению, убили троих сотрудников полиции. Кстати, ни Жирайра Сефиляна, ни бывшего предводителя незаконных вооруженных формирований в Карабахе Самвела Бабаяна Пашинян также не торопится выпускать на волю.


Очевидно, что перед новой властью этот вопрос вырисовывается наиболее остро. «Осудить нельзя помиловать». Где здесь поставить запятую?

С одной стороны, вопрос требует политического решения. Эти люди, по сути - соратники Никола Пашиняна, но выбравшие более радикальные, силовые методы решения застоявшейся проблемы - хирургического вмешательства в армянский политический гнойник. И в принципе, Пашинян после ареста мятежников поддерживал их, интересовался их здоровьем, а также и тех, кто крутился рядом с боевиками и был арестован, что называется, за компанию: это Жирайр Сефилян, Гарегин Чугасзян, Геворг Сафарян, Каро Егнукян и ныне покойный «доставщик хлеба» Артур Саркисян.

На другой стороне весов - правовые нормы. Да, «сасна црер»-цы пошли на этот шаг от отчаяния, от того, что в стране невозможно сменить систему цивилизованным, демократическим путем, оттого, что в апреле 2016 года армянская армия была практически разгромлена, но в то же время, они совершили преступление - причем тяжкое преступление. Можно ли помиловать убийц трех офицеров полиции, которые к тому же находились при исполнении служебных обязанностей, ведь их родственники - тоже граждане Армении, и кто-то должен ответить за их убийство! Можно, конечно, вернуть дело на пересмотр суда, который и помиловал бы мятежников. Но и это не вариант - получается, что Пашинян оказывает давление на судебную систему, а бархатная революция совершалась в том числе и под лозунгами, требовавшими независимой судебной системы.


Так что армянский варчапет оказался в непростой ситуации. С одной стороны, проводивший голодовку Гарегин Чугасзян, толпы народа перед дворцом премьера взывают к освобождению «Сасна Црер», с другой стороны - глава правительства опутан обязательствами. Впрочем, только ли обязательствами? Может, у Никола Воваевича есть и свой, шкурный интерес?

Что же говорит по этому поводу сам Никол Пашинян, которому не удалось-таки отвертеться от въедливых журналистов? 17 мая он заявил: «Если кто-то ожидает, что я должен войти и открыть двери уголовно-исполнительных учреждений, это неправильный подход» и «все вопросы должны решаться в установленном порядке в соответствии с процедурами».

Позже он подтвердил, что не намерен давать приказы судьям. Помимо того, вчерашний трибун революции призвал приостановить акции протеста по стране, по сути, обвинив недовольных граждан, которых еще чуть более месяца назад выводил на улицы, в саботаже работы правительства.

Таким образом, становится ясно, что Никол Пашинян не намерен выпускать на волю мятежников. Каковы же причины этого решения?

На мой взгляд, первая причина такой неожиданной солидарности пламенного революционера с реакционной судебной системой эпохи Саргсяна, упекшей за решетку свыше 30 боевиков, - в том, что он их просто боится. Будем откровенны, режим Саргсяна обладал гораздо четко работающими механизмами подавления нарушителей олигархического спокойствия - от СНБ до уличных мордоворотов. У либерастичного Пашиняна таких механизмов пока, во всяком случае, нет. Он не знает, на кого из силовиков можно положиться, кто его не предаст. Да, есть народ - тот самый, который перекрывал улицы и кричал «Никол», но народ хочет быстрых перемен, а в такой запущенной стране, как Армения, быстрые реформы осуществить не сможет даже «самый искусный маг».

Более того, армянская пресса откровенно пишет - Пашинян испытывает кадровый голод. И часть народа может даже поддержать радикалов, а часть - проявить флегматизм. Стоит также отметить, что у группировки нет единого лидера, а значит, договориться с ней будет гораздо сложнее.

Если мы покопаемся в истории, то увидим, что подобное случается после каждой революции - сначала умеренные и радикалы валят диктатуру, а потом начинаются трения между умеренными и радикальными силами.

Костяк «Сасна Црер» - матерые боевики и головорезы, прошедшие Первую Карабахскую войну. В то же время Пашинян - прежде всего экстравагантный журналюга. Да, он неплохой оратор, который, вопя фальцетом в матюгальник, может повести за собой толпу, он сидел в тюрьме за свои убеждения, он может, что называется, побазарить - помните, как ему поцарапали руку, но я убежден - он спасует, если придется применить силу. Он связан своим имиджем. Он не может позволить себе то, что позволял себе режим Сержа Саргсяна. У него нет ни силовых институтов, ни умения, ни опыта, ни воли пойти на применение силы в случае возникновения серьезного кризиса с мятежниками.


А мятежникам пришлись бы очень не по душе кадровые назначения Пашиняна - министр обороны Тоноян, и особенно Валерий Осипян, который был среди заложников «Сасна Црер» в полицейском полку. Не исключено, что именно он и убедил Никола не выпускать пассионарных людей с оружием. В другой ситуации варчапет, может быть, и отказал бы, но сейчас он сам сильно зависим от кадров, в том числе, и от силовиков. Не исключаю, что был компромисс - Осипян расправляется с наиболее одиозными криминальными авторитетами и в целом поддерживает Никола Пашиняна, а последний оставляет мятежников за решеткой.

Таким образом, Пашинян не сажал опасных для него мятежников, но с удовольствием воспользовался результатом деятельности саргсяновской карательной машины и менять его не собирается.

Вообще, Никол Пашинян мне чем-то напоминает главу Временного правительства Александра Керенского. Блестящий оратор, летом 1917 года он остался без поддержки, между Сциллой и Харибдой - большевиками, контролировавшими Советы, и реакционерами во главе с Корниловым, который выдвинулся в сторону Петрограда, чтобы покончить с большевиками и смутой в стране. Керенский опасался и тех, и других, и в итоге принял решение вооружить большевиков, чтобы те спасли его от корниловцев. Да, большевики его тогда, в августе, спасли, а что было потом, вы хорошо знаете.

Вчерашнее назначение Мовсеса Акопяна главным военным инспектором лишь подтверждает то, что Пашинян во многих случаях ограничится перетасовкой старых, саргсяновских кадров.

Что касается второй причины того, что мятежники «Сасна Црер» остаются за решеткой, так это договоренности Пашиняна - но не внутренние, а внешние. Если помните, Никол Пашинян, будучи в оппозиции, говорил, что Армения должна выйти из курируемых Москвой союзов – ОДКБ и ЕАЭС. И тут вдруг антироссийская риторика полностью выпадает из уст революционера. Помните, как МИД России равнодушно принял отставку Саргсяна, как Путин и Медведев поздравили победителя. Мы могли наблюдать, может быть, и осторожную, но далеко не враждебную сочинскую встречу лидеров России и Армении. Никол Пашинян заявляет, что Армения останется в ОДКБ и ЕАЭС, что намерена развивать с Россией военно-техническое сотрудничество.

Вполне понятно, что радикалы «Сасна Црер» выступили бы против таких лобызаний новоиспеченной власти с Россией. И не исключено, что с оружием в руках. Поэтому Пашинян решил не выпускать опасных мятежников.

Таким образом, выхода «неистовых сасунцев» - именно так переводится название группировки - не хотят ни Пашинян, ни пришедшие в его лагерь старорежимники, ни его кураторы.

Октай Яхьяев


Тэги:


Лента новостей

«Осудить нельзя помиловать», или Чем Пашинян похож на Керенского - АНАЛИЗ

2018/05/238843173_1527243853.jpg
Прочитано: 5932     15:00     25 МАЯ 2018    
Вот уже более месяца, как Армения живет без опостылевшего как нам, так и армянам Сержа Саргсяна, пожалуй, одного из самых бездарных руководителей постсоветского пространства в новейшей истории. В его кабинете, на посту премьера (или, как говорят в Армении, «варчапета») уселся лидер апрельских ереванских площадей - Никол Пашинян, который ведет достаточно агрессивную кадровую политику. Он увольняет министров, замминистров, губернаторов.

Но практически с первых дней правления Никола в армянской прессе замаячил вопрос политзаключенных. Особенно остро стояла проблема боевиков группировки «Сасна Црер», которые захватили в июле 2016 года полицейскую часть. Мятежники взяли в заложники полицейских, а потом и врачей, а также, если верить официальному обвинению, убили троих сотрудников полиции. Кстати, ни Жирайра Сефиляна, ни бывшего предводителя незаконных вооруженных формирований в Карабахе Самвела Бабаяна Пашинян также не торопится выпускать на волю.


Очевидно, что перед новой властью этот вопрос вырисовывается наиболее остро. «Осудить нельзя помиловать». Где здесь поставить запятую?

С одной стороны, вопрос требует политического решения. Эти люди, по сути - соратники Никола Пашиняна, но выбравшие более радикальные, силовые методы решения застоявшейся проблемы - хирургического вмешательства в армянский политический гнойник. И в принципе, Пашинян после ареста мятежников поддерживал их, интересовался их здоровьем, а также и тех, кто крутился рядом с боевиками и был арестован, что называется, за компанию: это Жирайр Сефилян, Гарегин Чугасзян, Геворг Сафарян, Каро Егнукян и ныне покойный «доставщик хлеба» Артур Саркисян.

На другой стороне весов - правовые нормы. Да, «сасна црер»-цы пошли на этот шаг от отчаяния, от того, что в стране невозможно сменить систему цивилизованным, демократическим путем, оттого, что в апреле 2016 года армянская армия была практически разгромлена, но в то же время, они совершили преступление - причем тяжкое преступление. Можно ли помиловать убийц трех офицеров полиции, которые к тому же находились при исполнении служебных обязанностей, ведь их родственники - тоже граждане Армении, и кто-то должен ответить за их убийство! Можно, конечно, вернуть дело на пересмотр суда, который и помиловал бы мятежников. Но и это не вариант - получается, что Пашинян оказывает давление на судебную систему, а бархатная революция совершалась в том числе и под лозунгами, требовавшими независимой судебной системы.


Так что армянский варчапет оказался в непростой ситуации. С одной стороны, проводивший голодовку Гарегин Чугасзян, толпы народа перед дворцом премьера взывают к освобождению «Сасна Црер», с другой стороны - глава правительства опутан обязательствами. Впрочем, только ли обязательствами? Может, у Никола Воваевича есть и свой, шкурный интерес?

Что же говорит по этому поводу сам Никол Пашинян, которому не удалось-таки отвертеться от въедливых журналистов? 17 мая он заявил: «Если кто-то ожидает, что я должен войти и открыть двери уголовно-исполнительных учреждений, это неправильный подход» и «все вопросы должны решаться в установленном порядке в соответствии с процедурами».

Позже он подтвердил, что не намерен давать приказы судьям. Помимо того, вчерашний трибун революции призвал приостановить акции протеста по стране, по сути, обвинив недовольных граждан, которых еще чуть более месяца назад выводил на улицы, в саботаже работы правительства.

Таким образом, становится ясно, что Никол Пашинян не намерен выпускать на волю мятежников. Каковы же причины этого решения?

На мой взгляд, первая причина такой неожиданной солидарности пламенного революционера с реакционной судебной системой эпохи Саргсяна, упекшей за решетку свыше 30 боевиков, - в том, что он их просто боится. Будем откровенны, режим Саргсяна обладал гораздо четко работающими механизмами подавления нарушителей олигархического спокойствия - от СНБ до уличных мордоворотов. У либерастичного Пашиняна таких механизмов пока, во всяком случае, нет. Он не знает, на кого из силовиков можно положиться, кто его не предаст. Да, есть народ - тот самый, который перекрывал улицы и кричал «Никол», но народ хочет быстрых перемен, а в такой запущенной стране, как Армения, быстрые реформы осуществить не сможет даже «самый искусный маг».

Более того, армянская пресса откровенно пишет - Пашинян испытывает кадровый голод. И часть народа может даже поддержать радикалов, а часть - проявить флегматизм. Стоит также отметить, что у группировки нет единого лидера, а значит, договориться с ней будет гораздо сложнее.

Если мы покопаемся в истории, то увидим, что подобное случается после каждой революции - сначала умеренные и радикалы валят диктатуру, а потом начинаются трения между умеренными и радикальными силами.

Костяк «Сасна Црер» - матерые боевики и головорезы, прошедшие Первую Карабахскую войну. В то же время Пашинян - прежде всего экстравагантный журналюга. Да, он неплохой оратор, который, вопя фальцетом в матюгальник, может повести за собой толпу, он сидел в тюрьме за свои убеждения, он может, что называется, побазарить - помните, как ему поцарапали руку, но я убежден - он спасует, если придется применить силу. Он связан своим имиджем. Он не может позволить себе то, что позволял себе режим Сержа Саргсяна. У него нет ни силовых институтов, ни умения, ни опыта, ни воли пойти на применение силы в случае возникновения серьезного кризиса с мятежниками.


А мятежникам пришлись бы очень не по душе кадровые назначения Пашиняна - министр обороны Тоноян, и особенно Валерий Осипян, который был среди заложников «Сасна Црер» в полицейском полку. Не исключено, что именно он и убедил Никола не выпускать пассионарных людей с оружием. В другой ситуации варчапет, может быть, и отказал бы, но сейчас он сам сильно зависим от кадров, в том числе, и от силовиков. Не исключаю, что был компромисс - Осипян расправляется с наиболее одиозными криминальными авторитетами и в целом поддерживает Никола Пашиняна, а последний оставляет мятежников за решеткой.

Таким образом, Пашинян не сажал опасных для него мятежников, но с удовольствием воспользовался результатом деятельности саргсяновской карательной машины и менять его не собирается.

Вообще, Никол Пашинян мне чем-то напоминает главу Временного правительства Александра Керенского. Блестящий оратор, летом 1917 года он остался без поддержки, между Сциллой и Харибдой - большевиками, контролировавшими Советы, и реакционерами во главе с Корниловым, который выдвинулся в сторону Петрограда, чтобы покончить с большевиками и смутой в стране. Керенский опасался и тех, и других, и в итоге принял решение вооружить большевиков, чтобы те спасли его от корниловцев. Да, большевики его тогда, в августе, спасли, а что было потом, вы хорошо знаете.

Вчерашнее назначение Мовсеса Акопяна главным военным инспектором лишь подтверждает то, что Пашинян во многих случаях ограничится перетасовкой старых, саргсяновских кадров.

Что касается второй причины того, что мятежники «Сасна Црер» остаются за решеткой, так это договоренности Пашиняна - но не внутренние, а внешние. Если помните, Никол Пашинян, будучи в оппозиции, говорил, что Армения должна выйти из курируемых Москвой союзов – ОДКБ и ЕАЭС. И тут вдруг антироссийская риторика полностью выпадает из уст революционера. Помните, как МИД России равнодушно принял отставку Саргсяна, как Путин и Медведев поздравили победителя. Мы могли наблюдать, может быть, и осторожную, но далеко не враждебную сочинскую встречу лидеров России и Армении. Никол Пашинян заявляет, что Армения останется в ОДКБ и ЕАЭС, что намерена развивать с Россией военно-техническое сотрудничество.

Вполне понятно, что радикалы «Сасна Црер» выступили бы против таких лобызаний новоиспеченной власти с Россией. И не исключено, что с оружием в руках. Поэтому Пашинян решил не выпускать опасных мятежников.

Таким образом, выхода «неистовых сасунцев» - именно так переводится название группировки - не хотят ни Пашинян, ни пришедшие в его лагерь старорежимники, ни его кураторы.

Октай Яхьяев


Тэги: